Будьте здоровы!

8 792 подписчика

Свежие комментарии

  • Николай Андреевич Зибров
    Только недавно узнал причину остеоартроза. ЭТО ГРИБОК. Грибок поселяется в хрящевой ткани сустава и разрушает ее. Сам...Поддержка для сус...
  • Николай Андреевич Зибров
    Это заболевание ГРИБОК, страдал этой проблемой на руках и ногах несколько лет (пузырьки на руках и ногах которые силь...ЭКЗЕМА.
  • Николай Суслин
    А сколько в России инвалидов, и особо пожилых, этого Российмкий Минздрав случайно не подсчитывал, да ещё сколько коми...Минздрав: россиян...

Ход Тониуса

Ход Тониуса

Открываем спелеосезон. Мой старший сын Антон уже составил список желающих сходить в пещеру Женевскую, полюбоваться красотами. Однако, прежде чем вести народ, надо самим сбегать в разведку, убедиться, что в пещере всё в порядке и можно спокойно идти. Пошли вдвоём. Оказалось, что не всё в порядке. Во-первых, хорошая дорога заканчивается, не доходя до пещеры два километра. Ну, это ерунда, можно и пешком пройти. Правда, по глубокому снегу идти трудно, тропы нет. В лесу снег оказался вообще очень глубоким. Но вот мы поднялись в гору, обернулись - теперь тропа есть!
Во-вторых, ожидали нас неприятные сюрпризы и в самой пещере. Спускаясь первым во входной колодец, я обнаружил, что лестница под ногами сильно залита льдом. Через полтора метра все ступени вообще напрочь исчезли, вместо них лишь гладкая поверхность льда. Спускаться даже по верёвке было трудно, потому что площадка внизу перестала быть горизонтальной. Теперь скользкая ледяная горка коварно вела к глубокой пропасти. Кое-как укрепившись, я велел Антону надевать беседку и спускаться с помощью решётки. Пока он завязывал узлы, я вытащил нож и выровнял площадку так, чтобы на ней можно было стоять. Кроме того, я пробил ножом несколько ступеней.

Правда, не до конца, но ставить ноги в углубления всё-таки можно.
Антон спустился и с изумлением оценил изменения в гроте Устова. Ледяная катушка так поднялась, что стала уже прижиматься к потолку! Осталась такая узкая щель, что протиснуться через неё возможно было только в лежачем положении. Так я и сделал. А вот Антон решил почему-то пройти на четвереньках, и это ему не удавалось. Наконец, он с трудом протиснулся.
Мы пошли дальше. Нас беспокоил Ледяной занавес. В прошлом году он так зарос, что оставалось узкое отверстие. Наверное, сейчас оно совсем затянулось. Мы шли, и каждый шаг просто ужасал. Уровень льда в подземном коридоре поднялся ещё на полметра! Когда-то мы тут легко пешком ходили, и до потолка оставалось метра четыре. А сейчас мы с трудом протискиваемся между ледяной катушкой и шершавым потолком. Но это ерунда. Вот когда дошли до Занавеса, то остановились, как вкопанные. Перед нами выросла сплошная ледяная стена! Судя по расположению шлямбуров на потолке, толщина этой стены составляла около трёх метров. Хода нет.
- Тупик! - ахнул Антон
- Тупиков нет, - поправил я его, - бывают непробитые тоннели.
Мы вытащили ножи и принялись за работу. Сначала мы решили спустить большую лужу, которая возникла перед ледяной стеной и не пускала нас дальше. Нам нужно было пройти как раз через эту лужу. Мы вырубили ножами канаву и спустили лужу. Теперь нужно было пробиваться в глубину. Лёд при температуре около ноля градусов довольно мягкий, ножом его колоть легко. Трудности заключались в другом: мало места, низкие потолки. Порой приходилось вообще ложиться животом на мокрый лёд. Кроме того, сверху сыпался буквально дождь. Это были и грунтовые воды, и конденсат от нашего жаркого дыхания. Влага везде, сверху и снизу. Да и ледяные стены тоже мокрые. Я уже давно промок до последней нитки и поэтому удивлялся возгласам Антона:
- Ай!!!
- Что случилось?
- Капля за шиворот попала!
Мы яростно рубили лёд, но Антон вскоре выдохся. Всё чаще он сидел, тяжело переводя дыхание.
- Ты почему не работаешь? - стал я интересоваться.
- Ага, - отвечал Антон. Он делал несколько движений ножом и снова замирал.
Мягкий лёд хорошо поддавался. Но сидеть в луже, согнувшись в три погибели, было не очень комфортно. Удар, удар, удар. Тоннель стал глубже ещё на десяток сантиметров. Удар, удар, удар... Сам я давно понял, что нет такой преграды, чтобы остановила меня. Уж если что решу - так и будет. Бью правой рукой. Удар, удар, удар. Рука устала, тогда сразу же беру нож левой рукой. Удар, удар, удар. Устала левая, беру нож правой. Удар, удар, удар. Лёд послушно крошится.
- Ай!
- Что такое?
- Опять капля за шиворот...
А я даже и не замечаю капель, всё равно весь мокрый. Ничего, и этим нас не остановить. Хотя в редкие минуты отдыха и приходила пугающая мысль - а как же назад возвращаться, в мокрой одежде, ведь снаружи мороз... Ну, до этого пока далеко, сейчас надо лёд рубить.
- Что-то я не работаю, - уже сам замечает Антон. Наверное, дело в том, что парень всего лишь раз побывал в Ергаках, вот ему и не хватает выносливости. Несколько ударов ножом - и он снова выдохся. Звуки показывали, что рубить нам оставалось ещё метра два. За несколько часов мы едва прорубили один метр. Значит, за сегодня мы не успеем.
- Пора возвращаться, - говорит Антон.
В минуту отдыха мы слышим какой-то гул.
- Что это? - спрашиваю.
- Не знаю. Что-то гудит. Там, наверху.
- Ладно, пусть гудит, а мы будем работать!
Антон в ответ стонет и усталым движением поднимает нож. Действительно, похоже, что на сегодня хватит. Мы возвращаемся в грот Устова. Антон ухитрился каким-то образом не очень-то и промокнуть. У него три слоя одежды, и промок только внешний слой. Антон даже комбинезон не надевал. Сейчас, оценив мою мокрую одежду, от которой валил пар, Антон сказал:
- А у меня есть сухой комбинезон, я могу его тебе дать.
- О, давай, это спасение!
Однако в тонком комбинезоне идти по морозу довольно-таки убийственно, поэтому я поверх комбинезона надеваю свои штормовые штаны. Пусть они и мокрые, но всё же это второй слой одежды. Мороз пугает. Переодеваясь, я разулся, и теперь мы наблюдаем забавное явление. Когда я касаюсь ногой дна пещеры, стылые камушки тут же прилипают к моему мокрому носку. Не совать же ногу с камнями в ботинок. Сажусь на булыган, стряхиваю прилипшие камушки с носка. Но при этом я касаюсь других камушков, и те прилипают ко мне гроздьями. Снимаю новые камушки, а ко мне прилипают ещё и ещё. Прямо клоунада какая-то... Мы весело посмеялись. Надо успевать смеяться сейчас, потому что скоро выйдем на мороз, там будет уже не до смеха. Выбираемся из пещеры. Наша одежда тут же встала колом! Даже движения сковывала. Ну, теперь нужно бежать бегом, чтобы не замёрзнуть. С горки мы скатились легко, но теперь нужно было пробираться через сугробы. И тут меня поразила мысль: неужели мы это делаем для удовольствия?!..
- Я не могу снять рюкзак! - говорит Антон, - он примёрз к куртке!...
...Дома я первым делом опрокидываю полстакана коньяка и погружаюсь в горячую ванну. Лишь там я понимаю, что всё-таки живой и даже могу двигаться. Развешиваю комбинезоны и всю одежду для просушки. Ведь завтра с утра в пещеру.
Утром мы спешим в магазин. Покупаем топор и рыбацкий бур. Наверное, эти инструменты будут эффективней наших ножей. Кроме того, я прихватил с собой полный комплект запасной сухой одежды. Температура воздуха -22 градуса, и нам хочется остаться живыми.
Антон удивляется:
- После вчерашнего переохлаждения я даже и не чихнул! И не кашлянул. Как это возможно?
- Ты же летом был в Ергаках.
В пещере мы не теряем зря ни минуты. Рубим лёд! Удар, удар, удар... Пытаясь спастись от влаги, я поверх комбинезона надел дождевик. Может быть, от потолочных капель он меня и спас, но через пять часов напряжённой работы всё равно вся одежда стала вновь мокрой. Рыбацкий бур в сочетании с топором давал прекрасный эффект. Мы мощно вгрызались в толщу льда, чувствуя себя шахтёрами. Правда, Антон снова выдохся. Наверное, это нас и спасло от дальнейших нечеловеческих усилий. Поскольку работать Антон уже не мог, он стал прислушиваться к разным звукам. Удары топора показывали, в каком месте ледяная стена толстая, а в каком ещё толще. Но, кроме того, Антона всё сильнее интересовал гудящий звук. Антон определил направление этого звука и полез по стене, вырубая ступеньки топором. Поднявшись метров на шесть, он радостно закричал:
- Папа, я нашёл источник звука! Здесь дырка, и через неё свистит воздух!
- Что, дырка?! Так, может быть, мы сможем там протиснуться? Посмотри, что там. Вставь глаз в дырку!
- А там темно.
Вдохновлённый сообщением Антона, я полез наверх. Дырка выглядела очень обнадёживающе. Сильный поток воздуха говорил, как минимум, о том, что эта дыра сквозная. Расширив топором дыру, мы обнаружили за ледяной стеной обширное пространство.
- Я уже смогу протиснуться! - подскочил Антон.
- Давай, сходи на разведку.
Беспокоила мысль, что ход вёл не к Ветерку, а куда-то в сторону. Можно ли здесь пробраться к Ветерку? Антон вернулся и рассказал, что ход широкий и перспективный. Нужна верёвка и снаряжение. Мы укрепили верёвку. Антон спустился на решётке и заявил, что 20 метров как раз хватило до дна. Это очень обнадёживало, поскольку как раз соответствовало Ветерку по высоте. С помощью жумаров Антон поднялся обратно.
- Ну, что там? Ветерок увидел?
- Да! - Антона так и подбрасывало от восторга, - есть путь к Ветерку! Правда, он тоже залит льдом...
- Ерунда, пробъёмся!
Мы вернулись через ход Галлея до грота Устова, где с удовольствием переоделись в сухое.
- Получается, что я новый ход открыл? - затараторил счастливый Антон, - Значит, я могу его назвать?
- Да, по праву первопроходца.
- Тогда я назову ход в свою честь, пусть это будет ход Тониуса!
- Пусть так и будет...
- А ты теперь будешь мной гордиться?
- Обязательно! Каждую субботу...
Мы выбрались наружу. Мороз усилился. Желая спасти уши от отмораживания, Антон хотел натянуть на шапку ещё и капюшон. А тот сплющился, затвердел и прилип к спине! Пришлось мне придавать капюшону нужную форму ударами кулака. Ткань, пропитанная льдом, буквально трещала. И лёд под ногами трещал. И мороз трещал. Да и сам восторженный Антон трещал без умолку. Открытие нового хода очень его окрылило.
Послезавтра мы вернёмся в пещеру! Конечно, в калибре Ветерок нам предстоит ещё попыхтеть, но это мелочи. Пройдём! Нельзя же позволять обстоятельствам ставить крест на наших планах.

Картина дня

))}
Loading...
наверх